Сообщить об ошибке

Если у вас есть комментарии к тексту, который содержит ошибку, укажите их в этом поле. В противном случае оставьте поле пустым.

Вход на сайт

Регистрация
Потеряли пароль?
Что такое OpenID?

Регистрация на сайте

Информация об учетной записи
Существующий адрес электронной почты. Все почтовые сообщения с сайта будут отсылаться на этот адрес. Адрес электронной почты не будет публиковаться и будет использован только по вашему желанию: для восстановления пароля или для получения новостей и уведомлений по электронной почте.
Укажите пароль для новой учетной записи в обоих полях.

совет путешественнику

Аудирование. Фото с сайта vsemogu-vseznayu.ru

Начиная изучение какого-либо языка, мы мотивируем себя тем, что через некоторое время сможем свободно общаться с иностранцами. Согласитесь, это умение дорогого стоит, особенно в самостоятельном заграничном путешествии.

сегодня

22 августа
Тайланд
Запретили использовать слонов для передвижения по городским улицам

22 августа 2002 года власти Таиланда запретили использовать слонов для передвижения по городским улицам. Решение принято с целью обеспечения безопасности, как водителей автомобилей, так и самих слонов.

Великая Сахара


Дорога в пустыню

Песок Сахары приятно трогать, бесшумно и мягко струится сквозь пальцы, бархан, как бархат — тёплый и ласковый, доверь ему своё расслабленное тело и бархан примет его, повторяя и дотрагиваясь до каждого вашего изгиба.

Сахара. Фото с сайта terramia.ru


Дорога в пустыню

С Сахарой меня познакомил Тунис.

Экскурсия была двухдневной и куплена за 200 долларов. Выехали ни свет ни заря. Двигались на юг страны, где нас ожидало одно из чудес природы, великая, бескрайняя Сахара.

За окном рассвело, и замелькали бесконечные оливковые рощи, за которыми берберы, коренные жители пустыни, тщательно ухаживают и лелеют каждое деревце.

Благосостояние семьи оценивается оливковыми деревьями. Их не продают, их передают по наследству из поколения в поколение, или же дарят. Продолжительность жизни деревьев более 1000 лет. Продать рощу или забросить — считается большим позором, память предков — незабвенна.

На сбор урожая выходят всем миром, переходя от рощи к роще и уже не важно, чьи это деревья, друзей или недругов, главное успеть собрать урожай, пока не осыпался. По окончании сбора оливок устраиваются праздники.

Чем дальше едем на юг, тем песчанее почва и расстояние между оливами всё шире, дабы не мешать друг другу пить воду после дождя, которые здесь более редки, чем на побережье. Сочность деревьев постепенно угасает. От наступающих песков рощи нисходят на нет.

Вторым деревом жизни для берберов является финиковая пальма. Её мускатный сорт тщательно оберегается во время созревания. Каждая финиковая гроздь обёртывается в полиэтиленовую плёнку, а когда плоды наливаются «мёдом» и становятся прозрачными, гроздья срезают.

В оазисах Сахары пользуются системой орошения, обильно поливая пальмовые плантации, иначе испарение приведёт к накоплению солей в почве, а на солончаках почти ничего не растёт.

А вот, например, в одном алжирском оазисе, орошение совершенно не привычное для нас. В сухом русле реки, выкапывают огромные ямы-воронки и в них сажают пальмы, а на глубине 5 — 6 мктров под руслом, течет водный поток и питает корни деревьев, а если нещадная пустыня засыпает воронки песком, то их расчищают вручную и вывозят песок на ослах, или таскают в корзинах. Работают по ночам при свете факелов, чтобы по прохладе. И так круглый год. Сахарские птицы в оазисах обожают созревшие финики, как наши зимой калину и рябину.

Вдоль шоссе, на склонах небольших барханов, стоят плетни из пальмовых листьев и ещё чего-то, посажены кустарниковые кактусы, похожие на опунцию (может, они и есть). По периметру листьев-лепёшек, колючие кактусовые плоды. Их так много, что собрать все невозможно. Ведь они съедобны! Их продают во всех овощных магазинах, а если хочется его съесть там же, то продавец, надев толстые перчатки, тут же разденет «колючую рубашку» и сочный фрукт доставит вам удовольствие.

Несмотря на всевозможные ухищрения, пески неумолимо наступают, засыпая шаткие плетни и наступая на проезжую часть. Тогда на бессмысленную борьбу с природой, выходят люди, расчищая и устанавливая новые преграды барханам.

Но это ещё не та Сахара. Просторы её поистине безграничны, простирается от Атлантики до Красного моря, это с запада на восток и до оз. Чад, на юге. Нубийская и Ливийская пустыни — это тоже Сахара, вернее, её отроги. Площадь её слегка не дотягивает до площади Бразилии, примерно 8 млн. кв. км.

По пути заезжаем в г. Эль-Джем со своим знаменитым Колизеем, который сохранился наилучшим образом в этом сухом климате и где снимался фильм «Гладиатор». Лениво полазили по развалинам, спустились в подземелье, где за решётками по одну сторону держали гладиаторов перед боем, а напротив в клетках — диких, обезумевших от голода зверей. Люди и звери смотрели друг другу в глаза и жаждали боя, может, испытывали ужас и страх скорой смерти. А толпа наверху ликовала и пускала слюни от предвкушения удовольствия созерцать чью-то погибель.

Масштабы Колизея впечатляют, но здесь пахнет смертью, хочется скорее покинуть это не радостное место. Почему-то только эта мысль буравчиком сверлит мозг. Хотя здесь, наряду с битвами людей и зверей, проходили спектакли и концерты. В настоящее время Колизей также используют, как арену для представлений. Мы покидаем город Эль-Джем, с единственным историческим памятником, которому около 2000 лет, это африканский Колизей.

Зачем троглдиты живут в земле?

Племя троглодитов в Сахаре совершенно уникально. Ещё их называют «земляными людьми». Хотя в древние времена троглодитами называли всех, кто жил в норах, горных расщелинах, пещерах. Троглодиты-берберы роют пещеры-жилища на глубину метров десять, в мягком горном песчанике и прекрасно себя чувствуют в них. Температура воздуха в их подземных хоромах всегда +27. Такие же ямы они выкапывают и для всевозможной живности. Эта живность — тоже троглодиты: троглодиты-кролики, троглодиты-куры, троглодиты-верблюды.

Внутри побелённые стены и всё чисто, опрятно, висят портреты детей и внуков, уехавших в городские высотки. В сезон дождей люди собирают воду в резервуары, стекающую по желобкам со всех окрестных песчаных пригорков. Этой воды хватает до следующих дождей. У каждой семьи свой резервуар. Все предметы быта были нам представлены для осмотра и национальные костюмы вовремя надели. Чувствуется, что всё нам на показ, но всё равно интересно.

Обед нам подавали в троглодитском пещерном ресторанчике на три стола, которые составили вместе. А в троглодитском отеле кровати вырублены в стене, как и полочки для «того-сего».

Познакомилась здесь с одной парой из Владимира, Надя — приятная в общении, и её муж, который всю дорогу порывался пригубить из фляжки, но мы зорко следили за ним, даже в Колизее не позволили помянуть загубленные души, хотя очень просил и всё время пытался оторваться от нас.

Кус-кус подали отменный (измельчённое просо или пшено, обработаное паром до воздушности) с большими кусками мяса, и мы с Надей дали «зелёный свет». Водочка показалась сладкой, видно, аппетит нагуляли, троглодиты нам завидовали, но виду не подали, вели они себя скромно. Одарив троглодитов и троглодиток монетами, двинулись дальше.

А это уже — та Сахара. В Тунисе (как и везде) её различают три вида. Горная Сахара — это горы Атласа или Тунисский хребет, соляная Сахара и песчаная. Невысокие скалы по обе стороны дороги, благодаря песчаным ветрам приобрели затейливые очертания. Замки, башенки, верблюды, в общем, у кого на сколько фантазии хватит. Именно в этих скалах добывают, вырубая из горной породы, «розу пустыни». Кварц разрастается кристаллами, приобретая вид прекрасного цветка. Добытый таким образом каменный цветок продаётся по всему Тунису, туристы с удовольствием его раскупают, и я не осталась в стороне.

Заканчиваются горы и появляются то тут, то там солёные, полупересохшие озёра. Глиняная почва до горизонта укрыта соляным блестящим настом, который сверкает и отсвечивает на солнце, как ледяной каток, порождая в зыбком мареве нагретого воздуха обманчивые миражи. Под власть миражей попадали даже опытные проводники караванов. Чтобы убедиться, мираж перед тобой или реальность, разжигают костёр и ветер гонит дым по песку, рассеивая мираж. Для многих караванных путей составлены карты, на которых обозначены места часто встречающихся миражей и даже описывается, что можно увидеть в том или ином месте, колодцы, оазисы, рощи и т.д.

Хрустит под ногами и ломается соляной наст.

Посетили местечко с оставшимися декорациями после съёмок фильма «Звёздные войны». Не понравилось. Это уже не декорации, а труха. Оазис Дуз, куда мы следовали, представляла себе хотя бы небольшим городком, как и был он означен. Ведь Дубай — тоже оазис, но увидев небольшую зелёную рощу, вроде лужайки, даже растерялась. В этой роще стоял отель-призрак, в котором никто не жил, он служил перевалочной базой туристам, следовавшим на экскурсию в Сахару. Значит, оазисы бывают разные.

Внутри отель оказался достойным, с прекрасным внутренним бассейном. На передышку дали полтора часа. Гид сказал, встретимся в холле, чтобы переодеться в национальную одежду и пойдём караваном по песчаной пустыне. Это значит — халат и тюрбан на голову, в другой одежде верблюд к себе седока не подпускает.

Спустилась в холл чуть раньше назначенного времени. Нельзя опоздать к каравану! Везде переодетые туристы, ну, думаю, наверное все халаты разобрали, а местные берберы напяливают их на всех подряд и заматывают тюрбаны. Подбежала к одному, говорю: «Дай халат!» Не даёт! Ну, думаю, накрылась Сахара! Да и Нади с мужем нигде нет.

Кричу в ухо берберу: «Сахара! Сахара!» — а он кивает головой и улыбается. Но в этот момент меня окликнули с другого конца холла. Боже мой! Наденька, Надюша, какое счастье! Она ещё тоже не одета! Слава богу, я не одинока! Она схватила меня за руку и потащила в противоположную сторону, где напяливали бело-синие полосатые халаты уже на нашу группу и заматывали тюрбаны одним движением руки, как на болванчиках. В итоге, у каждой группы оказался свой цвет костюма, что бы не перемешались.

На автобусе подъёхали вплотную к отдыхавшим верблюдам. Проводники каждому из нас помогли взгромоздиться на них, после чего верблюд вставал, выпрямляя сначала задние ноги, при этом каждый из нас судорожно хватался за тот единственный горб, который был под рукой, рискуя вывалиться из седла перед верблюжьей мордой.

Мой верблюд оказался очень крупным и с длинными ногами, он возвышался над остальными. Наш проводник вёл в связке пятерых животных, четверо с седоками, а пятый — белый — шёл порожняком. Лучше б его не было! Мой верблюд как-то сразу невзлюбил белого, видно, завидовал ему и без конца пытался укусить, пинал, толкал и притирал боками. При этом мои ноги очень мешали всем верблюдам, и я подняла их, как могла. Погонщик то и дело окрикивал животных, не помогало. Решив, что сейчас они начнут плеваться, я замоталась в тюрбан до самых глаз, на случай если белый, из вредности, заплюёт под шумок и меня, то пострадает хотя бы казённый халат. На глаза надвинула очки. Болело от напряжения всё тело, сколько времени прошло в борьбе? Наверное, час — показалось вечность.

Наконец-то осмотревшись, поняла, что ушли далеко. Дорог не было, наш караван шёл по барханам с мельчайшим, почти белым песком. И это была Сахара из моих снов! Восторг! Птиц не видно, песок кристально чист, ни одной соринки. Да и откуда мусору взяться? Ни деревца, ни кустика. Тихо и безветренно. В Сахаре находятся самые жаркие места нашей планеты, в некоторых районах Ливии жара доходит до 58 градусов. Редкий дождь достигает цели, в основном идут сухие дожди, которые испаряются, не успев упасть на песок. Поднимешь руки и чувствуешь легкий бриз, присядешь — и нет его. Случаются перепады температуры между днём и ночью в 30 градусов.

Тяжелее всего в Сахаре путник переносит продолжительные бури. Это, пожалуй, одно из самых тяжёлых явлений природы. Ветер пустыни, горячий и сухой, даже когда он прозрачен, причиняет лишения. При температуре свыше 40 градусов, кислорода в атмосфере на 20% меньше, как в горах на высоте 2500 м., при этом ветер почти обжигает твои бронхи, функции головного мозга, сердца, почек, при такой температуре нарушаются.

Но ещё тяжелее приходится путнику, когда ветер несёт пыль или мелкие песчинки. Пыльные бури чаще песчаных. Сахара — самое пыльное место на Земле. Эти бури издали похожи на клубы дыма, поднимающиеся высоко в небо и, на глазах охватывая огромные территории, с огромной скоростью приближаются. Обладают они необычайной силой, скорость их до 50 м/сек (30 м/сек — скорость урагана), на своём пути сметают всё.

Часто во время этих бурь случаются пустынные смерчи, раскалённый воздух от земли захватывает все, что попадает «под руку» и стремительно с мелким песком уходит ввысь. Эти песчаные столбы — «джинны пустыни», видны издалека. Поэтому встречу с ними можно избежать. Пылевые смерчи порой поднимаются до полутора километров, врезаясь в облака, а порой их несёт через Средиземное море в Европу, где они стихая, оседают песком Сахары на огромных площадях.

Дурную славу снискал себе горячий ветер Северной Сахары — сирокко. За несколько часов он способен уничтожить весь урожай в оазисе. Дует он в начале лета, примерно полтора месяца. За это время этого буйства оконные стёкла, не закрытые ставнями, становятся матовыми, так их сечёт и расцарапывает песок. Наш караван под сирокко не попал, да и смерча не видели. Какие мои годы? Ещё увижу! Видимо, сегодня один из тех счастливых дней, когда погода балует.

Спустившись не без труда со своих «кораблей пустыни», человек двести оккупировали все окрестные барханы и впали в негу, лёжа наблюдая за началом заката. Трудно найти более красивое зрелище. Сказочные розово-серебристые цвета плавно переходят в нежно-голубые, клубами громоздятся друг на друга цветные облака. Всё сверкает и искрится в лучах заходящего солнца.

А ведь Сахара может напомнить о себе неожиданно. Где-то далёкий ветер поднимет и погонит в сторону каравана красный песок, от которого порозовеет небо (пески в Сахаре от белого до красного, со всеми вытекающими отсюда оттенками). И вот уже солнце едва пробивается сквозь песчаные тучи. Становится трудно дышать, песок вытесняет собой воздух, заполняет всё вокруг, обжигает, душит, сбивает с ног, ураганный ветер закручивает смерчи... День, два, неделя, а потом наступит штиль, в воздухе повиснет пыльный туман и солнце не даёт тени. Люди и животные теряют ориентир, и стадо пугливых газелей прибьётся к каравану в страхе перед стихией и совсем потеряв страх перед людьми...

Но нет, этого не случилось. Караван не спеша возвращался, а я, не отрываясь, слежу за причудливыми формами облаков угасающего заката. Да и верблюд мой, видно, призадумался, присмирел. Какое ему может быть дело до этого альбиноса, когда в мире есть вещи гораздо серьёзнее и важнее.

Фото с сайта terramia.ru

Опубликовано: 18.04.2015
Если вы обнаружили ошибку в тексте, выделите часть текста с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить администрации сайта!

Добавить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.