Сообщить об ошибке

Если у вас есть комментарии к тексту, который содержит ошибку, укажите их в этом поле. В противном случае оставьте поле пустым.

Вход на сайт

Регистрация
Потеряли пароль?
Что такое OpenID?

Регистрация на сайте

Информация об учетной записи
Существующий адрес электронной почты. Все почтовые сообщения с сайта будут отсылаться на этот адрес. Адрес электронной почты не будет публиковаться и будет использован только по вашему желанию: для восстановления пароля или для получения новостей и уведомлений по электронной почте.
Укажите пароль для новой учетной записи в обоих полях.

совет путешественнику

Рваные ботинки. Фото с сайта www.torange.ru

Ремонт обуви в Питере всё ещё делают, хотя сегодня кажется иногда, что такой вид сервиса давным-давно исчез из нашего мира.

сегодня

06 декабря
День Вооруженных Сил Украины
День Вооруженных Сил

6 декабря – День Вооруженных Сил Украины. Этот праздник отмечается ежегодно 6 декабря – в день принятия в 1991 году закона Украины «О Вооруженных Силах Украины».

Турция в разных ракурсах. Часть 1


Прикосновение к колыбели цивилизации

Турция в разных ракурсахКак-то в Японии я был поражен тем, что каждая ее провинция имеет свои символы: свой цветок, свое животное, может быть свою рыбу или свое дерево. И я вспомнил, как банально, но точно, ассоциируется детство с березой — хоть вроде и не Есенин, и нос не курнос, а все же — береза...

Как весна приходила с цветением черемухи и свежестью сирени, а раннее лето дышало ароматом липы... В свое время Скрябин связывал музыкальный и цветовой ряд, и, видимо, в партитуре воспоминаний имеется еще и дорожка для гаммы ароматов.

Турция благоухала спелым инжиром. Мы как раз попали на время его урожая, и периодически волны пьянящего сладковатого аромата фиговых деревьев напоминали: мы — в Турции. Эдем не Эдем, но именно здесь когда-то зарождались, расцветали и гибли великие цивилизации.

Много лет назад дедушка Исаак подарил мне пять рублей. Деду к тому времени было около 90 лет, и он сутками сидел в своей комнате. Его окружали тысячи папиных математических книг. Книги стояли на стеллажах в строгой субординации и любовном беспорядке. Они были многократно востребованы и жили насыщенной светской жизнью. У стеллажей тоже была своя пыльная, но блистательная судьба и, сознавая это, они великолепно смотрелись с улицы, набитые чудовищной математической мудростью.

Турция в разных ракурсахДед все время о чем-то думал. Иногда ему приходили в голову идеи. Однажды он решил, что ему нужна сиделка. Oн позвонил в собес и попросил прислать ему женщину на ночь. В собесе, не моргнув глазом, ответили, что они таких услуг не оказывают. Тогда он попросил прислать мужчину...

И вот, в канун моего дня рождения его посетила мысль подарить мне пятерку на покупку книжки. К пятому классу я бредил греческой мифологией и, получив подарок, сразу полетел в «Букинист» искать себе «Легенды и мифы Древней Греции» Куна. Сейчас они растиражированы, доступны, иллюстрированы и обласканы читателем. А тогда...

Букинистический магазин находился на углу улицы Ленина. Это место было для меня одновременно набережной Сены, Латинским кварталом и всемирным книжным развалом. Зайти в магазин, понюхать запах старых книг и журналов, постоять перед привозом в возбуждении — а что там?.. а если там Вальтер Скотт — вынесут или нет?... или сразу под прилавок, чтобы никто не увидел, что Скотт — там, а он — Скотт — он розовый такой, от обложки до кончика корешка, а щелка под прилавком — узенькая, но я знаю, что все равно угляжу, а если не угляжу, то есть там продавщица Валя, человек добрый и еще не скурвившийся, и надо постоять, заглядывая ей в глаза, и может быть удастся купить что-то заветное, если денег хватит, но я же заначил пару рублей с завтраков, вот хватило бы, если Валя выдаст книжку на прилавок... Ах, какой это все кайф, кайф, кайф!!!...

Турция в разных ракурсах«Легенды» стояли на полке в синем надорванном переплете, на котором один древний грек что-то подносил другому, не менее древнему, греку. Я их цапнул и принес домой деду Исааку. Он взял ручку и надписал то, что всегда пишут на дни рождения...

Спасибо! Спасибо! Зачитываясь этими мифами, где человекоподобные в своих страстях боги были почти так же реальны, как люди, а люди стремились стать богами, я никак не предполагал, что читаю на самом деле путеводитель по вполне конкретной современной стране — Турции. Лишь временами какой-либо сюжет переносит в Грецию и сопредельные страны, а потом снова — Турция, Турция, Малая Азия.

«Бессонница, Гомер, тугие паруса...» Это уже позже, 10-й класс, Мандельштам, но сейчас прошло время, и кажется — все было вместе, спрессованное и упругое, в упаковке под названием «юность». Дарданеллы — Геллеспонт, а где это? Где плавал Одиссей, где был край той Ойкумены? Где было руно, а где — Сцилла и Харибда? Как вообще устроена земная география древнегреческой мифологии?

Мы проехали по Турции тысячи насыщенных красками километров и вынесли совершенно особое чувство прикосновения к колыбели цивилизации. Может, именно оно так потрясло в свое время Шлимана. Ощущение было настолько пугающе зримым, что казалось: протяни руку — почувствуешь, как колыбель качнулась; помедли, напрягая силы — и история вновь застыла, ожидая следующей чуткой руки.

Маршрут нашей поездкиСтрана оглушила своей природой и своей, вернее, чужой культурой ушедших великих царств.

Пожалуй, впервые я осознал, каким был реальный греческий мир, куда шел Александр Македонский, как сталкивались восточные, принесенные ветрами Месопотамии культы и деспотии с мощным напором эллинистической культуры, как именно все это варилось в гигантском котле, оставляя колоссальные следы — театры, некрополи, фризы, колонны, саркофаги, все эти античные камни, проросшие дикими злаками и обрамленные огоньками цветущих анемонов.

Современная Турция предстает анти-Сфинксом, раскрывающим загадки эллинизма. Мы проезжали город, где родился Гомер — это Измир-Смирна, были на родине Геродота, на родине Эзопа, видели Трою — пусть даже не Гомеровская она, пусть лишь легенда, вымысел, и даже сокровище Приама — лишь найденный клад, и не было в этих местах никакой Кассандры — «без умолку безумная девица» — и Париса не было, и его суда, но мы-то — видели!..

Мы видели гористый, лесистый, красивый остров Лесбос, где танец, страсть и стихи Сафо сошлись воедино. Мы были в Милете и, поднявшись на его амфитеатр, видели огромный город-порт, который ушел навсегда — из истории и из жизни, когда от него ушло море, а с городом и морем исчезла и знаменитая Милетская школа философов. Анаксимен, Анаксагор, Анаксимандр, Фалес — по-моему, курсе на третьем все это зубрилось и покрывалось налетом отвращения.

Турция в разных ракурсахВ Ассосе мы видели храм, где основал философскую школу Аристотель. Его дорические колонны до сих пор стоят над морем, такие же упертые и прямолинейные, как и та философия, что создавалась здесь две с гаком тысячи лет назад.

A в 20 километрах от Милета лежит несравненная Дидима — второе после Дельф святилище Аполлона эллинского мира. Руины великолепные: огромный, невероятный храм, который строил тот же архитектор, что и храм Артемиды Эфесской, полустоит-полуспит в центре прямоугольника из мраморных барельефов, изображающих Медузу Горгону — именно ее малосимпатичный образ украшал почему-то фасад длиной 150 метров.

Раз в году, во время посвященных Аполлону игр, к Дидиме по священной двадцатикилометровой дороге из Милета шла процессия. Оракул — а это была женщина, и выбирали ее на год — так вот, оракул пророчествовал во время игрищ; ему задавали вопросы, приносили жертвы, и, надышавшись трав, дающих свободу сознанию и языку, оракул отвечалa, причем односложно — «Да» или «Нет». Никаких «может быть», все должно быть четко, как в загсе или перед алтарем.

Турция в разных ракурсахНедалеко от Дидимы, в 100 км, в Эфесе сохранилось то, что не спалил незабвенный Герострат — посередине заросшей травой гигантской прямоугольной ямы стоит дивной мощи колонна, увенчанная гнездом совершенно обычного, рабоче крестьянского аиста. Мы ходили по античному Эфесу, как ходят по современным городам: по центральной улице, от публичной библиотеки к публичным домам, публичным туалетам, публичным баням. По дороге попадались пропилеи, агора, амфитеатр на 25 тысяч зрителей, мозаики...

Здесь, в Эфесе, позднее Иоанн Богослов дописывал свое Евангелие, и в Эфесе же находится то, что осталось от грандиозной базилики, построенной Юстинианом — первым христианским императором Византии, издавшим законы, порицавшие воров и математиков (а воров-то за что?!..)

Когда-то здесь собрался Вселенский собор, а за три века до этого в Эфесе появился на свет «отец истории» Геродот. Мы были во Фригии — здесь в Гордионе зимовал в минус 333 году Александр Македонский, здесь он разрубил Гордиев узел, а завязал его здесь же царь Гордий — потомок царя Мидаса, того самого, что получил от козлоногого Силена в дар способность превращать в золото все, к чему он прикасался. Измученный Мидас смыл свой дар в ручье. Вода струилась, желтея, золотой поток слабел, смешиваясь с песком, песок разносился по долине, поглощая золото.

Царь стоял в реке и ждал, сатиры по холмам играли на ивовых свирелях. Вместе с потоком уходило заклятие Силена — исчезало и «прикосновение Мидаса». Sic transit gloria mundi... А затем выросли у Мидаса ослиные уши, и он носил шапку, но брадобрей, зная об этом и не в силах скрыть свое знание, прошептал камышу: «У царя Мидаса ослиные уши» — и весь свет узнал об этом, и мы тоже.

Турция в разных ракурсахНо как можно было представить, что все эти полулегенды имеют точную географическую привязку?.. Камыш там и сейчас растет, пробиваясь сквозь такыр — усеянную яшмой каменистую глинистую почву. Глина сохнет и трескается на ветру, такыр бормочет что-то заунывно-восточное, а камыш до сих пор шепчет: «У царя Мидаса ослиные уши, уши, уши...»

Я пошел к берегу реки и наткнулся на прелестный кремень. В его фактуре явственно проступали силуэты окрестных гор. Такой образец — всегда редкая удача. Сердце учащенно забилось — это лезли ослиные уши фанатика-коллекционера, когда-то прятавшего любимый камень на ночь под подушку...

Мы проехали и посмотрели неисчислимые некрополи Ликии — «страны волков», ведь Ликос по-гречески — волк. Предание, связанное с названием страны, вкратце — а ля Тэффи — выглядит так. Зевс однажды полюбил Лето — не время года, которое любят все, а титаниду Лето, и она родила ему двух близнецов, Артемиду и Аполлона. Ревнивая Гера — а это устойчивое словосочетание, ну примерно как «и примкнувший к ним Шепилов» — ревнивая Гера, покровительница домашнего очага, решила извести Лето.

Зевс создал для Лето остров у берегов Малой Азии — Делос, там близнецы и родились. В придачу к острову Зевс создал специальное устройство для охраны внебрачных детей — жену свою Геру и ее наклонности Зевс знал хорошо... Потомки назвали устройство волком. Просто так привычнее, понятнее, да и спокойнее. Ну, что за волки в Средиземноморье?..

Турция в разных ракурсахТакие целенаправленные устройства вообще были в моде у богов. Вспомним хотя бы Иону и его кита. Какие киты около берегов Египта? Это был не кит, хоть китом и назывался, а плавучая гостиница, специально созданная для раздумий Ионы о его предназначении. Уникальный механизм в одном экземпляре. Каждой твари, как известно, по паре, а этот — один одинешенек. Работает всего три дня, морское исполнение, в чреве сидит пророк и думает — идти ему в Ниневию, не идти ему в Ниневию, где эта Ниневия...

Так и с волком: разработан специально Зевсом для его детей, живет при них, не спит, не дремлет, все время бдит да зубами щелкает. Совсем как ГПУ при Советской власти. Вот охранял волк Аполлона с Артемидой, охранял — и появились на свет ликийцы, дети волков. Видно, было у него все же свободное время...

За этим мифом стоит реальная история возникновения образа древнего, не эллинистического бога Аполлона, и можно проследить, как этот образ приобретал черты благородного эллина. Аполлон и Артемида — несомненные лидеры в пантеоне малоазиатских богов. Но мы видели еще и смешение восточных культов с эллинскими, и Артемида в них связывалась с сексуальной — восток! — фригийской богиней Кибелой.

Турция в разных ракурсахВ Ликии архитектурно-исторические чудеса сыплются, словно игрушки из новогоднего мешка Деда Мороза. Не зря святой Николай — Санта Клаус — Баба Ноэл — Дедушка Мороз-Красный-Нос родился здесь, в Патаре. В Мире находился тот собор, где в IV веке он был архиепископом и по доброте душевной клал на Новый Год бесприданницам мешочки с деньгами в дымоходы — вот так все и начиналось.

Нынешний храм построили в Х веке византийцы, и, спускаясь по мраморным ступеням, чувствуешь некую робость перед всплеском чьего-то архитектурного гения. В соборе хранились мощи Св.Николая, но уже в XI веке их украли специально присланные командос из итальянского города Бари. По дороге пара костей была потеряна — вот они-то и хранятся сейчас в музее Антальи. Злые языки говорят, что кости разнополые... но что нам злые языки каких-то нерадивых студентов — тех, что Маркса от Энгельса по берцовой кости отличить не могут.

В трех километрах от собора в Мире находится некрополь и римский амфитеатр. В Турции амфитеатры и театры можно коллекционировать, как марки, или, скажем, спичечные этикетки. Сначала они все на одно лицо, что китайцы в поле, но потом появляется тяга к разглядыванию особенностей архитектуры, ландшафта, стиля.

Наряду с вызывающими уважение реставрированными гигантами типа Аспендоса можно наткнуться на подлинные шедевры, затерянные в горах, лесах или просто в турецких селах, где до них нет никому никакого дела. Безлюдные, а потому таинственные и привлекательные, они ждут, когда проявятся длинные тени, а камни станут теплыми и шершавыми. Вокруг тишина, запах сосны и разогретой травы, редкие голоса вечерних птиц.

Турция в разных ракурсахНадо найти колонну, желательно из белого мрамора — ведь колонны, даже упавшие, обладают особой энергетикой. Можно к ней прислониться и настроить воображение, как настраивают скрипку.

Микеланджело говорил, что каррарский мрамор обладает скрытым движением, которое освобождается ударом резца. Точно так же античные мраморы наделены скрытой памятью, которую можно освободить силой воображения.

Разогретый камень скользит под рукой, искрясь кристалликами кальцита. Вот трещина на камне — это, наверное, землетрясение, а вот и выбоина — это уже человек, может быть перс или ассириец. Постепенно ритм ушедшей жизни звучит все отчетливее, а ассоциации становятся все менее прямолинейными. Никогда — никогда! — не ощутить такой момент истины в Колизее или на арене Вероны, никогда — никогда! — не вернуть искренность камням Акрополя. Там — другое; может, это и хорошо.

Амфитеатр Миры сопряжен с ликийским некрополем. Таких скальных некрополей, темнеющих проемами по склонам гор, много по всей Ликии. Сначала от каждой рукотворной дырки в скале ждешь новых эмоций, но потом потихоньку привыкаешь и обращаешь внимание лишь на что-либо грандиозное или таинственное, такое как некрополи в Фетхие или Мире. Некрополь Миры — особенный. Около него разбросаны фрагменты невозможных по совершенству исполнения мраморных масок.

Турция в разных ракурсахМожет быть, это декор бывшего здесь римского театра, а маски — его персонажи, не имеющие никакого отношения к некрополю? Но они совершенно не римские, с восточным колоритом и темпераментом. Рты очерчены и наполнены страстью, глазницы — пустые и опасные. Кто знает, как здесь все выглядело когда-то? Унылый вид окружающего поселка порождает мысли о тысячах жителей, заполнявших амфитеатр в ожидании приезда в Миру Германика, о прихожанах базилики, о строителях некрополя; о том, как на место расцвета приходит убожество, и что есть расцвет, а что — тупик.

Мы плавали над затонувшим ликийским городом около островa Кекова: плывешь, а под днищем корабля дома, улицы, амфоры... а вода — бирюзово-индиговая. Непонятно, как вообще такое могло сохраниться. Место изумительной красоты, слегка напоминает ладожские шхеры. В море и на берегу стоят ликийские саркофаги. У них полукруглые крышки и идеальные пропорции.

Над островом Симена господствует турецкая крепость. Конечно, это — новострой по сравнению с саркофагами, но новострой талантливый по своему расположению. Идешь к крепости вверх мимо оранжевых настурций, мимо раскинутых по теплым бокам заборов ярко-красных ковров, мимо персиковых и абрикосовых садов, мимо гробниц и каменоломен, «Мекки и Рима мимо...» И вот вверху остается только турецкий флаг, а внизу — вид на пролив между островами. Солнце палит нещадно, но вид на «Атлантиду» заставляет забыть обо всем.

© Фото: Евгений Плоткин

Опубликовано: 30.01.2014
Если вы обнаружили ошибку в тексте, выделите часть текста с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить администрации сайта!

Комментарии (1)


Прохожий
5 лет назад

Re: Турция в разных ракурсах. Часть 1

Очень круто! Продолжайте!

Добавить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.