Сообщить об ошибке

Если у вас есть комментарии к тексту, который содержит ошибку, укажите их в этом поле. В противном случае оставьте поле пустым.

Вход на сайт

Регистрация
Потеряли пароль?
Что такое OpenID?

Регистрация на сайте

Информация об учетной записи
Существующий адрес электронной почты. Все почтовые сообщения с сайта будут отсылаться на этот адрес. Адрес электронной почты не будет публиковаться и будет использован только по вашему желанию: для восстановления пароля или для получения новостей и уведомлений по электронной почте.
Укажите пароль для новой учетной записи в обоих полях.

совет путешественнику

Бизнес-туризм. Фото с сайта tourism-review.com

Организацией определенной бизнес-поездки туристическая компания занимается несколько месяцев. Тщательно подбирается удобное время авиарейса, бронируется гостиница с конференц-залом, по желанию разрабатывается экскурсионный маршрут и т.д.

сегодня

21 октября
Премия «ТЭФИ»
Учреждена премия «ТЭФИ»

21 октября 1991 года Академия Российского телевидения за наиболее значительные достижения в области телевизионного искусства учредила ежегодную премию «ТЭФИ». Вручаемый победителям приз представляет собой статуэтку, которая изображает Орфея.

Рыбацкие рассказы русского израильтянина


Почему нас отчаянно тянет на Север?

Рыбалка в КарелииМой друг Володя Баканов, в девичестве Вовка Кауфман, когда-то давно работал в журнале «Шахтер». Ныне он известный переводчик, мэтр, а тогда был просто сотрудником столичного журнала. Однажды послали его в командировку на Сахалин, не помню с какой целью. А может, и без всякой цели, просто послали. Не успел Вовка сойти с трапа самолета, как подбегает к нему человек и вместо «здрасьте» говорит:
— Владимир Игоревич, вы рыбак или охотник?
— Ну-у, знаете, не охотник — это точно...
— Значит, рыбак, — с энтузиазмом заключил встречающий. — Сначала заедем в гостиницу, а утром... — и мужик мечтательно закатил глаза.

Наутро погрузили в машину коньяк, водку, икру красную, шашлычок и поехали ловить рыбу. Сама рыбалка запомнилась неотчетливо, но рассказывал Вовка о ней не без удовольствия.

Рыбалка в КарелииРыбалка в Карелии


— Ты понимаешь, Женька, мы выпили, закусили, снова выпили, за Москву, за столицу, за журнал «Шахтер», потом мне дали удочку, я её держу в руках, но соображаю плохо, вообще никак не соображаю. Последнее, что помню — мысль между глаз бежит: «Хорошо всё же, что я не охотник, как хорошо... дали бы мне сейчас ружье...»

Я помню, как Вовка мне все это рассказывал в восьмидесятых в Москве. Я слушал с интересом, но без внутреннего возбуждения: ну рыбалка, ну на Сахалине — спаивали по-черному, боялись, что напишет не то и не туда. Наверное, слушал так потому, что сам тогда был ещё не рыбак.

Рыбалка в КарелииРыбаком я себя по-настоящему почувствовал уже в Израиле. Как апрель приходит, как солнце начинает жарить, так отчаянно хочется куда-нибудь на Север, в Карелию. Туда, где много воды, лес, туманы, поплавок-червячок, плюс двадцать — максимум плюс двадцать, ни градусом больше! — и никаких криков «Моше, ты уже выгулял собаку?»...

Особенно остро хотелось на рыбалку на Север в первые израильские годы. Сейчас уже не то. Тянет, конечно, но не злобно, а мягко и без экстаза, а тогда так тянуло — до умопомрачения.

В 97-м в мае в Москве была конференция, осталось несколько свободных дней, я прыгнул в питерский поезд, наутро был у друзей, а на следующий день уже кидал спиннинг на Вуоксе. Не клевало, но было очень хорошо. Для порядка сменил десяток блесен, прогреб километра два против течения, обкидал камыши, а потом подумал: «А ну его к Богу в рай, что я — рыбу ловить приехал?» Лег на дно лодки, волна такая тихая, плавная, смотрю вверх — кроны берез покачиваются, листки на них ещё светло-зеленые, молодые со- всем, и качаются тоже. Ветерок был как по заказу, верховой, под настроение в самый раз. Я задремал от счастья. А проснулся — понял, что последняя электричка из Приозерска вот-вот уйдёт, и привет...

Рыбалка в КарелииКак успел на неё — не знаю, но успел, плюхнулся на сиденье, пытаюсь отдышаться. Напротив сидят два мужика с удочками и спиннингами. Один смотрит на меня и говорит:
— Не клюёт?
— По нулям, пусто.
— И у нас, блин-компот, не берёт по весне, зараза.
— Колебалку кидали или вращалку?
— А всё кидали, что кидалось, нет ни фига. Ты пиво будешь?

Я не люблю пива, горькое оно и противное, но в Питере пьют пиво все, начиная с грудных младенцев и кончая ветеранами партии с семнадцатого года, сосут с такой страстью, будто сорок лет ходили по Синайской пустыне бесцельно и вдруг нашли заветный источник.
— Буду, — говорю, — буду, конечно.
— Тебе какого? Сейчас по вагонам носить будут.

Рыбалка в КарелииВопрос сложный, я помню лишь рижскую поговорку семидесятых: «Пейте пиво „Алдарис“ — будете как Балдерис»... Но ребята наверняка «Алдарис» не пили, да и вряд ли под Синёво его понесут.
— Давай, пожалуй, «Балтику», — говорю я, внутренне зажмуриваясь.
— Тройка или четвёрка?

Вот гады! Но, в общем, всё равно, важно ответить быстро.
— Тройку, а если нет — четвёрку.

Купили пива, выпили по бутылке, потом ещё, потеплело в вагоне и на душе. Может, и не такая уж гадость, пиво это.
— Слушай, парень, — говорит один из рыбаков, — ты судака в заливе на живца ловил?
— А берёт?
— Не поверишь — хватает! Но только надо живца не за спинку цеплять, а в рот ему по- водок засовывать и выводить через зад, так он более шустрый и живёт дольше.

Рыбалка в КарелииЯ представил себе шустрого живца в таком виде и неуверенно спросил:
— Живёт дольше? Может, всё же за спинку?
— Ну, что ты! За спинку живец долго не протянет, дохнет быстро. Только в рот, но аккуратно. Иначе был живец, а стал мертвец, и никакого судака.
— А какой живец, уклейка?
— Не-ет, уклейка слаба, надо молодого окушка сажать, или плотвичку, на худой конец.
— Ну, окушка — это другое дело. Поводок вольфрамовый?
— Лучше вольфрамовый, на карабинчике. Есть хочешь? Что молчишь? Вот хлеб и шпроты.

Стало совсем хорошо, как и должно быть после рыбалки.
— Знаешь, — говорит один из них, — дай мне телефон, позвоню зимой, у меня «Козёл» есть, я милиционером работаю, возьмём «Козла» и на Ладогу по льду махнем. Там банка одна имеется, метра три глубиной, налим на ней берёт — зашибись. Иногда так хватает — не вытянуть наверх.
— Налим?
— Налим!
— Да ну?
— Ну да!

Рыбалка в КарелииИ тут меня чёрт за язык как дёрнет! Шпротину подхватил и говорю:
— Это здорово, а у нас налим плохо берёт.
— А где это «у нас»? Где он плохо берёт? — спрашивает более активный из моих корешей, тот, что милиционером работает.
— Да у нас, в Израиле.

У милиционера что-то забулькало в горле, и он стал открывать и закрывать рот не хуже выдернутого из воды налима. Второй, попассивнее, просто окаменел и смотрел на меня с ужасом. Наконец к милиционеру вернулся дар речи.
— Так ты из Израиля? — говорит он, а сам почему- то смотрит на бутылку «Балтики», зажатую у меня между ног.
— Да, а что?
— Как что? Как что?! А здесь ты что делаешь?
— Рыбу ловлю.
— А там?
— А там живу.
— А здесь?
— Здесь рыбу ловлю.

Рыбалка в КарелииМилиционер вошел в клинч и лишь открывал рот, не отрывая глаз от моей бутылки. Я взял пиво, мы чокнулись, лицо у него порозовело, а взгляд стал более осмысленным.
— А люди... люди там как живут, как ходят? Какие там люди?
— Да обычные люди, работают, отдыхают, обычные люди.
— А машины, машины там какие?
— Да нормальные машины, даже «Жигули» встречаются.
— Ну, ты даёшь! Так ты сюда рыбу приехал ловить?
— Ну да, устал, соскучился, взял от работы пару дней и приехал на Вуоксу, на весеннюю щучку-травянку...
— Из Израиля на Вуоксу? Ну, ты даёшь!..
— Да говорю же: устал, соскучился — вот и приехал.
— Ну, ты даёшь! Ну, ты и даёшь! Во, блин, Костя, он из Израиля к нам на рыбалку приехал! Ну, ты даёшь...
— А что такого? Приезжайте к нам — на Киннерете, где Христос по водам ходил, отлично сом ловится, да и карп. А около Голгофы неплохой ресторанчик.

В отличие от милиционера, второй мужик, очевидно Костя, всё не выходил из ступора. Я понял, что надо кончать эту тему, иначе их совсем кондратий хватит.
— Ребята, там обычные люди живут, такие же люди. Вспыльчивые, конечно, но не злобные, как в песне поётся: там живут несчастные люди-дикари, на лицо ужасные, добрые внутри — это про израильтян. А они нас считают дикарями. Все нормально, давайте ещё за встречу тяпнем.
— А пьют там?
— Пьют, но мало. Компания мужиков соберётся в ресторане, закажут бутылку вина, кока-колу, торт — и радуются.
— Чему радуются?
— Да всему радуются, просто радуются. Я тоже не понимаю, как они так всухую могут, но могут же.
— Точно, блин, дикари, — Костя наконец заговорил, — точно. Понятно, что тебя сюда тянет. Тянет? — спросил он с нажимом.
— Тянет, — честно признался я, — друзья здесь, природа, белые ночи, грибы, рыбалка...
— То-то, — сказал Костя, — классные места. Но жизнь — собачья.

Рыбалка в КарелииВсё, сейчас начнутся разговоры о политике, тогда не до рыбалки будет, но меня спасло неожиданно возникшее Девяткино.
— Костя, сходим, бери снасти, — закричал милиционер, — бери снасти скорей!

Они выскочили на платформу и, пока электричка не отошла, смотрели на меня.
— Ну, ты даёшь, — ещё раз в окно сказал милиционер. Но на Ладогу больше не позвал. А жаль...

Я очень люблю такие встречи. Что-то в них есть настоящее. Но чтобы они случались, надо хотя бы немного выходить за рамки нормальности, тогда есть шанс, что произойдет нечто адекватное.

© Фото автора

Опубликовано: 24.08.2012
Если вы обнаружили ошибку в тексте, выделите часть текста с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить администрации сайта!

Добавить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.