Сообщить об ошибке

Если у вас есть комментарии к тексту, который содержит ошибку, укажите их в этом поле. В противном случае оставьте поле пустым.

Вход на сайт

Регистрация
Потеряли пароль?
Что такое OpenID?

Регистрация на сайте

Информация об учетной записи
Существующий адрес электронной почты. Все почтовые сообщения с сайта будут отсылаться на этот адрес. Адрес электронной почты не будет публиковаться и будет использован только по вашему желанию: для восстановления пароля или для получения новостей и уведомлений по электронной почте.
Укажите пароль для новой учетной записи в обоих полях.

совет путешественнику

Автомобиль для путешествия

Для поездки по бездорожью мне потребовался внедорожник, но, к сожалению, бюджет не позволял взять новую машину. И тогда друзья посоветовали мне изучить предложения на веб-сайтах по продаже подержанных автомобилей.

сегодня

23 июня
Секретная служба США
Cоздана Секретная служба США

23 июня 1860 года была создана Секретная служба США. Сначала это было секретное подразделение для борьбы с фальшивомонетчиками. С 1894 года она стала осуществлять охрану президента США, а с 1917 года и членов семьи президента.

Рыбацкие рассказы русского израильтянина


Почему нас отчаянно тянет на Север?

Рыбалка в КарелииМой друг Володя Баканов, в девичестве Вовка Кауфман, когда-то давно работал в журнале «Шахтер». Ныне он известный переводчик, мэтр, а тогда был просто сотрудником столичного журнала. Однажды послали его в командировку на Сахалин, не помню с какой целью. А может, и без всякой цели, просто послали. Не успел Вовка сойти с трапа самолета, как подбегает к нему человек и вместо «здрасьте» говорит:
— Владимир Игоревич, вы рыбак или охотник?
— Ну-у, знаете, не охотник — это точно...
— Значит, рыбак, — с энтузиазмом заключил встречающий. — Сначала заедем в гостиницу, а утром... — и мужик мечтательно закатил глаза.

Наутро погрузили в машину коньяк, водку, икру красную, шашлычок и поехали ловить рыбу. Сама рыбалка запомнилась неотчетливо, но рассказывал Вовка о ней не без удовольствия.

Рыбалка в КарелииРыбалка в Карелии


— Ты понимаешь, Женька, мы выпили, закусили, снова выпили, за Москву, за столицу, за журнал «Шахтер», потом мне дали удочку, я её держу в руках, но соображаю плохо, вообще никак не соображаю. Последнее, что помню — мысль между глаз бежит: «Хорошо всё же, что я не охотник, как хорошо... дали бы мне сейчас ружье...»

Я помню, как Вовка мне все это рассказывал в восьмидесятых в Москве. Я слушал с интересом, но без внутреннего возбуждения: ну рыбалка, ну на Сахалине — спаивали по-черному, боялись, что напишет не то и не туда. Наверное, слушал так потому, что сам тогда был ещё не рыбак.

Рыбалка в КарелииРыбаком я себя по-настоящему почувствовал уже в Израиле. Как апрель приходит, как солнце начинает жарить, так отчаянно хочется куда-нибудь на Север, в Карелию. Туда, где много воды, лес, туманы, поплавок-червячок, плюс двадцать — максимум плюс двадцать, ни градусом больше! — и никаких криков «Моше, ты уже выгулял собаку?»...

Особенно остро хотелось на рыбалку на Север в первые израильские годы. Сейчас уже не то. Тянет, конечно, но не злобно, а мягко и без экстаза, а тогда так тянуло — до умопомрачения.

В 97-м в мае в Москве была конференция, осталось несколько свободных дней, я прыгнул в питерский поезд, наутро был у друзей, а на следующий день уже кидал спиннинг на Вуоксе. Не клевало, но было очень хорошо. Для порядка сменил десяток блесен, прогреб километра два против течения, обкидал камыши, а потом подумал: «А ну его к Богу в рай, что я — рыбу ловить приехал?» Лег на дно лодки, волна такая тихая, плавная, смотрю вверх — кроны берез покачиваются, листки на них ещё светло-зеленые, молодые со- всем, и качаются тоже. Ветерок был как по заказу, верховой, под настроение в самый раз. Я задремал от счастья. А проснулся — понял, что последняя электричка из Приозерска вот-вот уйдёт, и привет...

Рыбалка в КарелииКак успел на неё — не знаю, но успел, плюхнулся на сиденье, пытаюсь отдышаться. Напротив сидят два мужика с удочками и спиннингами. Один смотрит на меня и говорит:
— Не клюёт?
— По нулям, пусто.
— И у нас, блин-компот, не берёт по весне, зараза.
— Колебалку кидали или вращалку?
— А всё кидали, что кидалось, нет ни фига. Ты пиво будешь?

Я не люблю пива, горькое оно и противное, но в Питере пьют пиво все, начиная с грудных младенцев и кончая ветеранами партии с семнадцатого года, сосут с такой страстью, будто сорок лет ходили по Синайской пустыне бесцельно и вдруг нашли заветный источник.
— Буду, — говорю, — буду, конечно.
— Тебе какого? Сейчас по вагонам носить будут.

Рыбалка в КарелииВопрос сложный, я помню лишь рижскую поговорку семидесятых: «Пейте пиво „Алдарис“ — будете как Балдерис»... Но ребята наверняка «Алдарис» не пили, да и вряд ли под Синёво его понесут.
— Давай, пожалуй, «Балтику», — говорю я, внутренне зажмуриваясь.
— Тройка или четвёрка?

Вот гады! Но, в общем, всё равно, важно ответить быстро.
— Тройку, а если нет — четвёрку.

Купили пива, выпили по бутылке, потом ещё, потеплело в вагоне и на душе. Может, и не такая уж гадость, пиво это.
— Слушай, парень, — говорит один из рыбаков, — ты судака в заливе на живца ловил?
— А берёт?
— Не поверишь — хватает! Но только надо живца не за спинку цеплять, а в рот ему по- водок засовывать и выводить через зад, так он более шустрый и живёт дольше.

Рыбалка в КарелииЯ представил себе шустрого живца в таком виде и неуверенно спросил:
— Живёт дольше? Может, всё же за спинку?
— Ну, что ты! За спинку живец долго не протянет, дохнет быстро. Только в рот, но аккуратно. Иначе был живец, а стал мертвец, и никакого судака.
— А какой живец, уклейка?
— Не-ет, уклейка слаба, надо молодого окушка сажать, или плотвичку, на худой конец.
— Ну, окушка — это другое дело. Поводок вольфрамовый?
— Лучше вольфрамовый, на карабинчике. Есть хочешь? Что молчишь? Вот хлеб и шпроты.

Стало совсем хорошо, как и должно быть после рыбалки.
— Знаешь, — говорит один из них, — дай мне телефон, позвоню зимой, у меня «Козёл» есть, я милиционером работаю, возьмём «Козла» и на Ладогу по льду махнем. Там банка одна имеется, метра три глубиной, налим на ней берёт — зашибись. Иногда так хватает — не вытянуть наверх.
— Налим?
— Налим!
— Да ну?
— Ну да!

Рыбалка в КарелииИ тут меня чёрт за язык как дёрнет! Шпротину подхватил и говорю:
— Это здорово, а у нас налим плохо берёт.
— А где это «у нас»? Где он плохо берёт? — спрашивает более активный из моих корешей, тот, что милиционером работает.
— Да у нас, в Израиле.

У милиционера что-то забулькало в горле, и он стал открывать и закрывать рот не хуже выдернутого из воды налима. Второй, попассивнее, просто окаменел и смотрел на меня с ужасом. Наконец к милиционеру вернулся дар речи.
— Так ты из Израиля? — говорит он, а сам почему- то смотрит на бутылку «Балтики», зажатую у меня между ног.
— Да, а что?
— Как что? Как что?! А здесь ты что делаешь?
— Рыбу ловлю.
— А там?
— А там живу.
— А здесь?
— Здесь рыбу ловлю.

Рыбалка в КарелииМилиционер вошел в клинч и лишь открывал рот, не отрывая глаз от моей бутылки. Я взял пиво, мы чокнулись, лицо у него порозовело, а взгляд стал более осмысленным.
— А люди... люди там как живут, как ходят? Какие там люди?
— Да обычные люди, работают, отдыхают, обычные люди.
— А машины, машины там какие?
— Да нормальные машины, даже «Жигули» встречаются.
— Ну, ты даёшь! Так ты сюда рыбу приехал ловить?
— Ну да, устал, соскучился, взял от работы пару дней и приехал на Вуоксу, на весеннюю щучку-травянку...
— Из Израиля на Вуоксу? Ну, ты даёшь!..
— Да говорю же: устал, соскучился — вот и приехал.
— Ну, ты даёшь! Ну, ты и даёшь! Во, блин, Костя, он из Израиля к нам на рыбалку приехал! Ну, ты даёшь...
— А что такого? Приезжайте к нам — на Киннерете, где Христос по водам ходил, отлично сом ловится, да и карп. А около Голгофы неплохой ресторанчик.

В отличие от милиционера, второй мужик, очевидно Костя, всё не выходил из ступора. Я понял, что надо кончать эту тему, иначе их совсем кондратий хватит.
— Ребята, там обычные люди живут, такие же люди. Вспыльчивые, конечно, но не злобные, как в песне поётся: там живут несчастные люди-дикари, на лицо ужасные, добрые внутри — это про израильтян. А они нас считают дикарями. Все нормально, давайте ещё за встречу тяпнем.
— А пьют там?
— Пьют, но мало. Компания мужиков соберётся в ресторане, закажут бутылку вина, кока-колу, торт — и радуются.
— Чему радуются?
— Да всему радуются, просто радуются. Я тоже не понимаю, как они так всухую могут, но могут же.
— Точно, блин, дикари, — Костя наконец заговорил, — точно. Понятно, что тебя сюда тянет. Тянет? — спросил он с нажимом.
— Тянет, — честно признался я, — друзья здесь, природа, белые ночи, грибы, рыбалка...
— То-то, — сказал Костя, — классные места. Но жизнь — собачья.

Рыбалка в КарелииВсё, сейчас начнутся разговоры о политике, тогда не до рыбалки будет, но меня спасло неожиданно возникшее Девяткино.
— Костя, сходим, бери снасти, — закричал милиционер, — бери снасти скорей!

Они выскочили на платформу и, пока электричка не отошла, смотрели на меня.
— Ну, ты даёшь, — ещё раз в окно сказал милиционер. Но на Ладогу больше не позвал. А жаль...

Я очень люблю такие встречи. Что-то в них есть настоящее. Но чтобы они случались, надо хотя бы немного выходить за рамки нормальности, тогда есть шанс, что произойдет нечто адекватное.

© Фото автора

Опубликовано: 24.08.2012
Если вы обнаружили ошибку в тексте, выделите часть текста с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить администрации сайта!

Добавить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.