Выход в Тихий океан. Остров Старичков и икра морских ежей

День шестой, 29 июля 2011 года

Утром к гостинице за нами подъехали сразу две машины, в одной был наш гид Виталий, а в другой находился директор компании «Видение Камчатки» по имени Евгений. К нашему неудовольствию, мы были поставлены перед тем фактом, что Виталия, по каким-то там непредвиденным обстоятельствам, которые вдруг обрушились на фирму, снимают с нашей группы и бросают в прорыв.

Мы, конечно, все без исключения огорчились, мы привыкли к Виталию, к его неунываемости, его юмору, его незлобивому подтруниванию над нашей неловкостью и неумелостью, тогда как для него никаких трудностей на предельно простых маршрутах, рассчитанных на таких слабаков как мы, конечно не было. Мы прекрасно понимали, что Виталию скучновато в нашей компании, что ему хочется уйти куда-нибудь хотя бы на несколько дней, туда, где можно в полной мере проявить свои качества лидера группы, свои способности терпеть и тянуть.

Однако нам так еще хотелось, и поговорить с ним, и послушать его, и еще раз понаблюдать за тем, как он принюхивается к икре, рыбе и другим морским деликатесам. Да и, что греха таить, мы все рассчитывали, что именно Виталий поможет нам в последний день не ошибиться на рынке и привезти домой самое вкусное, что только можно найти на камчатском базаре.

Евгений приехал, конечно, не только для того, чтобы предупредить нас о том, что Виталий уходит на другой маршрут. В первую очередь ему надо было решить весьма непростой вопрос — а что с нами делать в последний день? Ладно, сегодня нас надо только отвезти на пирс, сдать там специалистам по морским прогулкам, ну, а вечером забрать обратно. Все это может сделать любой сотрудник фирмы, умеющий водить машину, а вот завтра…

Завтра-то у нас запланирована поездка на целый день на Малкинские источники, а это означает, что кто-то из офиса должен бросить все свои дела и пасти нас. Для решения этого вопроса Евгений приготовил нам неубиваемое предложение, от которого, как он считал, невозможно отказаться — вертолетную экскурсию. При этом надо было попытаться, прежде всего, соблазнить нас интересным маршрутом, а затем не испугать ценой — экскурсия то, не планируемая ранее, вдруг у людей в последний день таких денег не найдется, все ведь может быть. А представьте себе такой вариант, кто-то один откажется, и что с ним завтра делать? Вот такую сложную проблему надо было решить директору.

А предложение было таким: за шестьдесят тысяч рублей с нас со всех облететь три вулкана, сесть у какого-нибудь не часто посещаемого источника, отдохнуть там и часов через пять вернуться обратно. К счастью, все обошлось. К моему удивлению, согласились все, причем не просто согласились, а согласились без малейших раздумий. Чувствовалось, как с Евгения сошло напряжение, и он оживился. Мы уселись в ту же самую машину на свои уже привычные места, единственное, передо мной сидел не  Виталий, а совсем другой человек, но с этим ничего уже нельзя было поделать.

Приехали к месту стоянки прогулочного катера, с гордым названием «Алмаз» и с очень импозантной сопровождающей по имени Нина.

Подождали с полчасика, на которые мы и приехали раньше, и которых вполне хватило на обозрение стоящих рядом у стеночки судов. Меня заинтересовало краболовное судно, вернее, не само судно, конечно, а снасти, которыми была буквально завалена палуба. Трехпрядные крученые полиамидные канаты, шестнадцатипрядные плетеные шнуры и десятки краболовок, это такие корзины с открытой горловиной, которые вертикально устанавливают на дно и куда крабы залезают на запах наживки. Всего было так много, что казалось, что это — не палуба, а склад канатной фабрики.

Не успел я на все это налюбоваться, как нас пригласили на посадку. Мы поднялись на борт, и все спустились в большую каюту, где, по требованию экипажа, расселись вокруг больших шести столов. При отчаливании и причаливании все пассажиры должны находиться в каюте, таково непреложное условие безопасности пассажирских перевозок.

Катер отвалил от берега, и нам разрешили разбрестись по палубам, в каюте народу было много, я даже боялся, что и на палубе придется толкаться, но оказалось, что ничего. Народ группировался в каких-то удобных им одним местах, все фотографировались, рассматривали берега, мимо которых мы проплывали, и об истории которых по громкоговорящей связи рассказывала Нина.

Катер шел достаточно далеко от берега, и мы не смогли увидеть на островах «Три брата», так называются три вертикальных скалы, стоящие неподалеку друг от друга, гнездовий морских птиц. Эти скалы являются несомненным символом бухты.

Легенда гласит, что когда-то давно на побережье обрушился нескончаемый поток цунами, которые разрушали все на своем пути и уносили с собой жизни людей и животных. Три брата, прекрасные юноши, сговорились защитить родные земли от напасти и встали у входа в бухту, чтобы своими телами преградить путь стихиям и освободить свой народ от горя. Так и стоят они до сих пор, гордые и непокоренные, облачившись в каменные одежды, чтобы вечно остаться защитниками своего народа. Но вот никаких гнездовий на скалах нам увидеть не удалось, наоборот было впечатление, что там никто там жить не может, уж больно мрачными и безжизненными они казались с борта судна.

Наконец, мы подошли к выходу в открытый океан, и здесь произошла маленькая заминка, катер остановился и начал свободно дрейфовать по бухте, это продолжалось всего с десяток минут, но за это время судно под действием ветра или течения, я не знаю, чуть ли не полностью развернулось в обратном направлении. Оказалось, под нами проходила подводная лодка, и капитан получил приказ на это время застопорить машины. Вскоре лодка всплыла в отдалении в надводном положении, и мы смогли увидеть и даже попытались издали сфотографировать ее рубку, темной тушей слегка выступающую над водой.

Катер быстро набрал ход, и мы пошли в сторону видневшегося неподалеку небольшого острова, над которым кружилось несколько птиц. Это и оказался остров с таким непривычным и странным названием — «Старичков». Интересно, откуда оно взялось, в честь каких таких «старичков» он назван. Оказалось, что все совершенно просто и естественно.

Небольшой скалистый остров Старичков — заказник, где зарегистрировано 44 гнездовые колонии 11 видов морских птиц. Здесь обитают тихоокеанская чайка, моёвка, толстоклювая и тонкоклювая кайры, топорок, ипатка и др. По некоторым подсчетам, общее количество живущих тут птиц превышает 50 тысяч. Больше всего на острове топорков и стариков, которые устраивают гнёзда в норах в земле. К редким видам птиц относятся краснолицый баклан, очковый чистик и старик. Именем этой птицы и назван остров.

На кекуре Караульном острова (кекур — столбовидная или конусообразная скала естественного происхождения) ежегодно выводит птенцов пара белоплечих орланов — это редкие птицы, занесенные в Красную книгу России.

Всего плавание заняло не более часа, и вот мы уже на траверсе этого острова:
— Остров Старичков, самое большое гнездовье морских птиц на Камчатке, — услышали мы слова Нины.

«Ничего себе, самое большое, да здесь и птиц то почти нет,« — подумалось мне, но скоро я понял, что ошибся. Судно обогнуло остров и встало на якорную стоянку с подветренной стороны.

Пока экипаж спускал «Зодиаки», так называются большие резиновые катамараны с мощным мотором, мы прослушали информацию о правилах поведения и безопасности во время стоянки и о том, что нас ожидает в ближайшие два часа. В программу входил обход острова на «Зодиаках», ловля рыбы с борта катера и обед из красной рыбы. Чтобы не подумали, что мы будем есть рыбу, пойманную нами же самими, нам специально объяснили, что это не так, обед будет из заранее закупленной рыбы, а то, что мы поймаем — если поймаем, конечно — или пойдет на обед следующей группе, или экипаж распорядится с уловом самостоятельно.

Рыбалка была организована следующим образом: в большом ящике, разделенном на десятки ячеек, вертикально стояли своеобразные удочки — кусочки фанеры с прорезями, на которые была намотана леска с большим грузилом на конце и большим или маленьким крючком, кому как повезет, на коротком поводке. На крючок надо было насадить кусочек кальмара, забросить снасть в море так, чтобы она достигла дна и, слегка поддергивая ее, ждать поклевки. Ловились, в основном, морские бычки, я же поймал небольшую морскую звезду.

Пока шла рыбалка, за борт спустился в полном снаряжении профессиональный дайвер, который в считанные минуты поднял со дна большую сетку с не одной сотней морских ежей, морских звезд и еще чего то, но тоже морского… но в основном там находились морские ежи.

Еще в каюте я прочитал информацию об икре морских ежей, которая явилась для меня откровением. Оказывается, в икре этого подводного существа содержится, ну столько всего полезного, что японцы едят ее постоянно и в больших, судя по информации, количествах. Если мне не изменяет память, ежегодно Япония потребляет до 500 тысяч тонн морских ежей, в том числе около 200 тысяч тонн закупает в России. По мнению некоторых японских ученых, регулярное потребление икры морских ежей является одной из причин японского долголетия.

Началась дегустация этого экзотического кушанья, все было очень просто — кто-то из экипажа взял большой острый нож и начал разрезать ежей пополам. Икра находилась внутри животного в виде продолговатых достаточно плотных скоплений, ее вылавливали ложкой и отправляли в рот, вот и вся премудрость, ну еще, некоторые граждане сдабривали ее соевым соусом.

Очереди особой не было, все робко подходили, протягивали руку, на которую и попадало несколько грамм какой-то субстанции желтоватого цвета, напоминающей по внешнему виду икру минтая, только чуточку помельче. Слегка опасаясь, сам не знаю чего, я долго не решался подойти к очереди тех смельчаков или просто знающих людей, которые окружили стол с ежами, но поскольку не заметил никаких негативных последствий, а только увидел тех, кто после первой пробы снова протягивал руку за очередной порцией икры, рискнул это сделать и я.

Вы можете мне, конечно, не поверить, но это было очень вкусно, сырая икра морских ежей не имела никакого запаха, обладала слегка солоноватым вкусом, настоящий деликатес, с моей точки зрения.

Парень, который разрезал ежей, делал это, как мне показалось, вполне профессионально, но, в то же время, очень медленно. И, действительно, это ведь было достаточно сложно, надо взять ежа аккуратно в руку, и, хотя иглы у него и достаточно мягкие, не такие как у средиземноморских, но все-таки безопасность надо соблюдать, надрезать острым ножом и только после этого разрезать по кругу пополам. Из-за медлительности процесса собралась даже небольшая очередь, по крайней мере, к каждому готовому для дегустации экземпляру протягивались десятки рук.

Но тут пришел дайвер, тот самый, который их и выловил, он разоблачился из своей подводной экипировки, принял душ и был готов поделиться с нами своим мастерством не только по добыче ежей, но и их разделке. Вот это был класс, правда, для вскрытия животных он использовал специальный нож, но скорость была впечатляющей, буквально через минуту стол был завален разрезанными пополам ежами. Я съел икру не менее чем из двадцати животных, когда он заметил это и сказал:
— Вы знаете, икра ежей, конечно, очень вкусна и чрезвычайно полезна, но переедать ее, как и любые другие излишества, очень вредно, могут быть всякие негативные последствия.