Сообщить об ошибке

Если у вас есть комментарии к тексту, который содержит ошибку, укажите их в этом поле. В противном случае оставьте поле пустым.

Вход на сайт

Регистрация
Потеряли пароль?
Что такое OpenID?

Регистрация на сайте

Информация об учетной записи
Существующий адрес электронной почты. Все почтовые сообщения с сайта будут отсылаться на этот адрес. Адрес электронной почты не будет публиковаться и будет использован только по вашему желанию: для восстановления пароля или для получения новостей и уведомлений по электронной почте.
Укажите пароль для новой учетной записи в обоих полях.

совет путешественнику

Подбираем гардероб для зимних видов спорта

Мой монолог мой адресован тем гражданам, которые хотят разобраться в некоторых тонкостях специальной одежды для зимних видов спорта. Определив для себя необходимость покупки такой одежды, приступаем к изучению вопроса.

сегодня

19 мая
Учрежден орден Почетного легиона
Учрежден орден Почетного легиона

19 мая 1802 года был обнародован закон Наполеона об учреждении ордена Почетного легиона, который был задуман не просто как отличительный знак, но и как организация награжденных кавалеров, призванная объединить в своих рядах достойнейших граждан.

Копенгаген: Дом, который построил Ганс (Христиан Андерсен)


Копенгаген, 1995-2006

Я впервые попал в Копенгаген ранней осенью. Приехал поездом из Роскильде утром и от вокзала пошел пешком через весь центр, осматривая окрестности. Серые здания под серыми крышами проступали сквозь серый туман над серой водой каналов... Было неуютно и сыро. Ежась и уже думая поскорее вернуться в отель, я добрел до Русалочки. И просидел часа полтора у этой маленькой и печальной скульптуры, сиротливо пристроившейся между каменистым берегом и холодным проливом у кромки прибоя.

Знатоки говорят, что скульптура эта — так себе, не бог весть какой шедевр. Но мне она запала в душу и, возвращаясь затем не раз в Копенгаген, я всегда прихожу к ней и подолгу любуюсь, переживая все ту же, что и героиня сказки, печаль по несбыточному. А в тот первый раз, вволю надышавшись морским бризом и намечтавшись, я повернул обратно — к центру города по тем же улочкам, мимо тех же домов.

Копенгаген, РусалочкаКопенгаген, АндерсенКопенгаген, Ставни - этюд


Солнце уже поднялось повыше, туман почти исчез. И дома оказались не сплошь серыми, а яркими — и какими яркими! И в какой-то момент я ощутил, что не надо мне никуда спешить, бежать — я уже дома. Копенгаген — очень большой город. Обойти центр города займет целый день (в Стокгольме, скажем, такая прогулка отнимет часа четыре), а жителей здесь — полмиллиона (и втрое больше, если считать пригороды). И тем не менее это не город, а один большой дом. Дом, который построил долговязый, нескладный, заносчивый, желчный, мнительный меланхолик — великий добрый сказочник Ганс Христиан Андерсен.

Нет, разумеется, Копенгаген существовал задолго до Андерсена, но сегодня нельзя пройти по городу не вспомнив хотя бы одну из с детства любимых сказок (хотя, взрослея, начинаешь понимать их лучше и любить — больше). Русалочка — само собой разумеется. Хоть и недавно появилась эта статуя, но уже нельзя и представить себе датскую столицу без нее. Толпы туристов осаждают небольшую скульптуру, стараясь забраться на камень-подножие, усесться рядом и обнять русалочку за плечи. Отчего становится ее еще жальче — это-то похабное лапанье за что ей терпеть?

А вот круглая Королевская площадь. Говорят, самая красивая в Европе, хотя мне милее Вандомская в Париже. Но уж точно — самая уютная. Вспоминайте получше — здесь должны были сжечь прекрасную ведьму — верную сестрицу, что ждала своих братьев-лебедей и вязала им рубахи из кладбищенской крапивы, что должны были расколдовать красавцев.

Кругом — дома стиля ар-нуво (парижского, а не скандинавского — с башенками и шпилями), в центре — огромная клумба с конным памятником в середине (не знаю — кому, меня мало интересуют имена бронзовых истуканов, тем более, что в Копенгагене их не сосчитать и не упомнить). А между клумбой и домами — кольцо брусчатки. Зимой ее заливают водой и на круговом катке резвятся и дети, и взрослые. Тоже очень по-андерсоновски. А порой по периметру площади расставляют щиты-витрины и устраивают выставку фотографий под открытым небом (та, что я видел, была посвящена животным всех континентов). Как если б мы фотографии родственников на стене гостиной повесили.

А вот Королевский парк. Не помню уже, в какой из сказок он фигурировал, но местечко очень приятное: огромные буки, цветы и газоны, на которых по выходным отдыхают стайки молодежи. Кто-то загорает топ-лесс, кто-то играет в крикет, почти все что-то жуют и пьют. Еду и бутылки с вином приносят в корзинках, завернув в накрахмаленные салфетки, пьют не из пластиковых стаканчиков, а из стеклянных бокалов. В общем, очень по-домашнему.

Копенгаген, Замок Розенборг Копенгаген, Цапля у замка Розенборг


А на краю парка — окруженный рвом замок-дворец Розенборг. Подражающий средневековью зубчатыми башнями и стенами, он вовсе не страшен. Такими рисуют замки в детских книжках. И очень пропорционален, почти изящен, и соразмерен человеку. Во рву под нависшей ветлой серая цапля ловит рыбу. И не обращает на меня, стоящего в двух метрах, ни малейшего внимания. А чего ей пугаться? Она — дома.

А вот Королевский дворец, откуда отправлялся на свою несчастливую прогулку Голый Король. Четыре скромных здания на небольшой восьмиугольной площади Амалиенгаде (в центре — опять кто-то бронзовый на коне). Над одним из домов вьётся королевский штандарт, значит государыня дома (на рынок с утра успела сходить, а теперь крендели, наверное, печет или селедку жарит ). Вышагивает у входа гвардеец в мохнатой шапке (когда-то медвежьи носили, а сейчас «зеленые» не позволяют, заставили на синтетику перейти), полицейский туристам дорогу объясняет — других дел у датской полиции нет.

Копенгаген,  Другой работы у полиции нет  Копенгаген, Караул у дворца Копенгаген, Мраморный собор


Поблизости весьма импозантный — напоминающий лондонское творение Кристофера Ренна — собор, именуемый Мраморным. Это из-за внутреннего убранства «под мрамор». Строили на пожертвования горожан, на камень денег не хватило — обошлись деревом, но покрасили эту бутафорию. Снаружи собор изрядно обжит статуями всевозможных деятелей датской Реформации и святых. А медный купол был сделан из переплавленных кастрюль и тазов — очень по-домашнему.

Неподалеку стоит скромная православная церковь — из красного кирпича, с маковкой, будто перенесенная из какого-то уездного Энска. Еще б ей тут не быть: российский императорский двор частенько наведывался в гости к датской родне. Дружили дворами, семьями и династиями.

Если идти от королевского дворца к парламенту, то никак не миновать Ньюхавн (Новую гавань) — одно из самых уютных и веселых мест города. О том, что это гавань, напоминают только пришвартованные шхуны, яхты и катера (в большинстве своем декоративные, что-то не помню ни одного плывущего). С двух сторон канала выстроились ярких цветов 4-5-этажные дома (в двух из них в разные годы жил Андерсен). Первые этажи и мостовые набережной отданы ресторанам (в погожие дни яблоку некуда упасть). Цены кусаются, но все-таки селедку, приготовленную пятью-шестью способами, закажите обязательно.

Дворец Кроненборг, где разместился парламент (одна конная статуя прямо перед входом, еще одна — где-то сбоку), домашним не назовешь — здание величественное и внушительных размеров. Но фасад обманчив. Загляните с тыла, со стороны Арсенала, и впечатление сменится на противоположное: тишина, покой и уют буквально физически заполняют разгороженные живыми изгородями внутренние дворики. И даже неизбежные бронзовые монументы смотрятся вполне человечно.

Копенгаген, Шпиль биржи Копенгаген, Ньюхавн Копенгаген, Королевская площадь


В ряд с Кроненборгом вдоль канала поставлено здание биржи. Оно бы напоминало пожарное депо, причудливо декорированное по прихоти какого-нибудь брандмейстера, если бы не витой шпиль из хвостов четырех драконов. Заметим странную деталь: шпили обычно бывают закручены по часовой стрелке, а вот в Копенгагене — почему-то против.

Возвращаемся от Кроненборга на Королевскую площадь и неспешно шагаем по Строгетту. Этого названия нет на карте, но любой горожанен знает эту цепочку пешеходных улиц (самую длинную пешеходную зону Европы) именно под этим названием. Магазины чередуются с ресторанами и пивными (не знаю, что находят некоторые ценители в славных датских пивных марках «Карлсберг» и «Туборг»: по мне они ничуть не лучше того разбавленного «Жигулевского», что в студенческие годы я литрами вливал в себя в стекляшке рядом с московским университетом), но вот фонтанчик с летящими цаплями (бронзовыми на этот раз), вот еще один фонтан.

И везде — толпы белокожих датчан и туристов неясной национальной принадлежности. И, конечно, велосипедисты. Велосипед в Копенгагене, как и во многих европейских столицах, давно уже стал основным видом городского транспорта. Можно купить, взять напрокат, а можно усесться в кресло трехколесного велорикши и отправиться на осмотр достопримечательностей.

Ну уж ладно, пойдем по Строгетту пешком. Фасады ар-нуво аккуратно вымыты, над прозрачными до несуществования витринами — столь же чисто-прозрачные окна квартир. Задергивать шторы и занавески не принято, поэтому во время прогулки можно заглядывать в окна. Что все и делают без всякого стеснения (помните, «Девочку с серными спичками»?). Сейчас результат не столь печален, но вид жизни в интерьере выплескивает домашний уют прямо на мостовую. Садишься за столик кафе под открытым небом, берешь бокал пива и мысленно пьешь на брудершафт с теми, кто поднимает бокалы в окне дома напротив.

На примыкающей к главному променаду улице возвышается Круглая башня (да-да, та самая, с которую были глаза у самой большой собаки из «Огнива»), обсерватория. По спиральному пандусу внутри нее можно подняться на смотровую площадку. Подъем не слишком утомителен, хотя иные царские особы (наш Петр I) предпочитали въезжать верхом. А недалеко от ее подножия в тени каштана каждый день можно видеть и слышать, как толстый негр играет на раздолбанном белом рояле блюзы и регги. По-моему, он тут столь же вечен как и Круглая башня, хотя в сказки Андерсена почему-то не попал.

Копенгаген, Певунья-босоножка Копенгаген, Когда викинги трубят... Копенгаген, Имперская грусть (у Арсенала)


Ну вот и позади Строгетт, выходим на ратушную площадь. Ратуша огромна, украшена фигурами драконов и белых медведей (видимо, напоминание о далекой ледяной Гренландии, которая тоже — Дания). Просторна и площадь (на краю ее затерялся небольшой памятник Гансу Христиану), совсем была бы не домашней, если бы не по-свойски расположившийся на мостовой, скамейках и парапетах народ с кожей и волосами всех возможных цветов и оттенков (зеленые человечки из какой-нибудь летающей тарелки тоже пришлись бы кстати). Посередине с гитарой в руках играет и поет (очень скверно) белокурая босоногая девчушка. А что, по своей квартире можно и босиком.

Между ратушей и Гранд-отелем водружена колонна, на вершине которой умостились два викинга с трубами. Говорят, они начинают трубить, когда мимо проходит невинная девушка. Только вот незадача: никто еще этого трубного гласа не слышал. Неужто в Дании так плохо с нравственностью?

Еще несколько шагов — и вот мы уже у входа в парк Тиволи, любимейшее место отдыха и горожан, и туристов. Аттракционы, рестораны, павильоны в стиле буддистских пагод, мусульманских мавзолеев а-ля-Тадж-Махал и тюльпаны, тюльпаны... В общем — огромная и роскошная детская с увлекательными игрушками, смехом и наивной безоблачной радостью.

Рядом — вокзал, прихожая города (Копенгаген хоть и морской порт, но море чувствуется как-то слабо, вот вокзал — дело другое: отсюда рукой подать до гамлетовского Эльсинора и до древней столицы викингов Роскильде, до андерсеновской родины Оденсе и до соседней Швеции, лежащей за проливом Эресунд).

Куда мы еще не заглянули? Ну да, очарованные Русалочкой, забыли пройтись по земляным валам форта (в центре его — кирпично-черепичные действующие казармы XVII века и почему-то невесть откуда привезенная ветряная мельница, чьи суперсовременные правнуки выстроились по другую сторону пролива и снабжают порт электроэнергией). И еще не зашли в Христианию.

Когда-то она слыла местом не вполне безопасным, столицей хиппи и наркотиков, теперь же единственную сохранившуюся коммуну «детей цветов» днем с огнем не сыщешь, остается взобраться на витую будто лист Мёбиуса башню церкви Св. Михаила (в сильный ветер подниматься немного страшновато). Есть и еще много-много улиц, мостов, кварталов и домов на любой вкус — как в огромной коммунальной квартире, где все соседи давно уже успели не раз поссориться, помириться, породниться, поссориться и помириться окончательно. Так и живут в одном большом доме, который построил Ганс Христиан.

Ulysses, 2008 г.

© Фото автора

Опубликовано: 10.09.2011
Если вы обнаружили ошибку в тексте, выделите часть текста с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить администрации сайта!

Комментарии (3)

 
6 лет назад

Re: Копенгаген: Дом, который построил Ганс (Христиан Андерсен)

действительно, очарование Андерсена и Дании не дается с наскока - его начинаешь понимать постепенно, из деталей
а площадь с Ратушей притягивает к себе как магнитом, становясь центром многих маршрутов, начиная с пешеходного


Аня
6 лет назад

Re: Копенгаген: Дом, который построил Ганс (Христиан Андерсен)

Я прямо очутилась в мире воспоминаний о сказках этого замечательного поэта и мне чень захотелось побывать в Дании.

Добавить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.